Евгений Сафонов: «Значение промышленной безопасности в наши дни резко возросло»

Жаннат Идрисова
8 Октября 2019
279
Евгений Сафонов: «Значение промышленной безопасности в наши дни резко возросло»

С директором филиала Российского государственного гуманитарного университета в Домодедове, доктором экономических наук, профессором Евгением Сафоновым мы побеседовали о необходимости дополнительного профессионального образования, о роли новых технологий в нашей жизни, о ценности человеческого капитала и даже немного о... поэзии.

А начался наш разговор с важнейшей темы в сфере современного производства.

Как образуется проблемный круг

— Евгений Николаевич, вы являетесь автором нескольких монографий, две из которых — о промышленности. В них затрагивается вопрос промышленной безопасности?

— Да, разумеется. Это важный вопрос. Для меня промышленная безопасность — это не только техническая проблема. Давайте проследим цепочку: промбезопасность связана с деятельностью людей, прежде всего, тех, которые заняты на производстве. Я знаю человека, который получил тяжелую травму на предприятии полтора года назад. У него с тех пор бесконечная череда операций. Понятно, как это сказалось на его материальном положении, а значит, и на его семье. Это уже социальный аспект, а также социально-экономический аспект для производства в целом.

Еще одна важная составляющая вопроса — экономическая и экологическая безопасность самого предприятия. Сегодня в результате автоматизации всех процессов объемы производства велики, а контракты жестки, и если, например, завод из-за технических проблем не выполнил обязательства по договору, то техническая небезопасность может перейти в экономическую нестабильность и экономическое разрушение.

Что касается экологии, то понятно, что это вопрос здоровья, причем не только сотрудников, но и людей, живущих рядом с промышленными объектами. Посмотрите, как часто мы стали читать о том, что жителей населенного пункта с вредным производством переселили в другой, где безопаснее. Потому что в первом вдруг возросло количество людей с тяжелыми болезнями.

— То есть, если не соблюдается промышленная безопасность, это оборачивается…

— Это оборачивается появлением другой проблемы, к примеру, экологической, которая затем выливается в социальную проблематику, переходящую, в свою очередь в экономическую. Образуется замкнутый круг.


— При таком раскладе получение работником травмы из-за нарушений в сфере промбезопасности — это еще и подорванная репутация предприятия?

— Совершенно верно. Поэтому сейчас большинство компаний очень серьезно к этому относится. Вот, например, в июле я как депутат Совета депутатов городского округа Домодедово посетил с коллегами три предприятия. Одно из них производит питьевую воду, другое — кофе, третье — прохладительные напитки. И я увидел, что во всех трех руководство проявляет внимание к вопросу безопасности. Например, на комбинате напитков есть лестница, на каждой ступеньке которой надпись: «Ступенька за ступенькой». То есть человек не должен получить травму даже здесь. У них невозможно не то, что в цех — даже по коридору пройти без специального инструктажа и защитной одежды, без шапочки, халата, перчаток. Повторю: предприятия стали больше заботиться о своей репутации, и в свете этого возрастает ценность квалифицированных кадров, способных обеспечить промышленную безопасность.

 

Обучение в учебных центрах эффективнее самоподготовки

— Вы были на открытии образовательного подразделения Консультационно-экспертного центра, задачи которого — подготовка и аттестация руководителей и специалистов в органах федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, а также обслуживающего персонала технических устройств опасных производственных объектов. Вы присутствовали не только в качестве гостя, но и отчасти в статусе эксперта. Каковы ваши впечатления от этого Учебного центра?

— Я бы не сказал, что являюсь техническим экспертом, хотя у меня есть техническое образование. Я, скорее, знаток в образовательной части, мне всегда была интересна технология обучения. У меня хорошие впечатления от Учебного центра Консультационно-экспертного центра. Я бы сравнил его с современной техникой, например, стиральной машиной с высоко­классным программным обеспечением, которая сама будет определять индивидуальную линию подготовки специалистов — в зависимости от того, что человек знает, а что нет. Потому что, насколько мне известно, программой центра предусмотрена сначала проверка знаний и компетенций специалиста по отдельным блокам. Будут отслеживаться имеющиеся недостатки, образно говоря, «загрязнения», они будут устраняться. Каждый человек получит знания направленно, при этом его рабочий график не будет нарушен.

уч ц.jpg

Именно в такой среде, когда люди контактируют непосредственно и с помощью информационно-дистанционных подходов, может получиться совершенно новое качество подготовки специалистов.


— Чем еще оно, на ваш взгляд, будет обусловлено?

— Прежде всего, современными технологиями обучения, в том числе дистанционными, а также хорошими преподавателями, имеющими богатый практический опыт, ориентированность на конкретных слушателей с учетом их отраслевой принадлежности.

Мне понравилась инфраструктура образовательного учреждения. Здание в центре Москвы, но в нем спокойная, несуетная обстановка. Эта атмосфера во многом определит качество обучения, об этом говорит опыт и российских, и зарубежных коллег. Во многих странах вообще размещают учебные центры за городом, на специально выделяемых для этого территориях, где люди могут спокойно работать и обучаться. Например, в Германии, в Бохуме я видел инновационный образовательный центр в пригороде. Рядом лес, поле, река. Соответственно, скачут зайцы, стучат дятлы, рыбы плавают. И процесс обучения проходит без внутреннего напряжения, как это бывает в мегаполисе.

И еще одним фактором успеха открывшегося центра, мне кажется, станет рациональность использования времени. Ведь то, о чем мы говорили, предполагает и правильный тайминг, что очень важно в условиях нынешнего временного дефицита. Поэтому я с большим удовольствием наблюдаю за работой коллег и надеюсь, что у них все получится.

аааааа.jpg

— Существует мнение, что обучаться можно и в формате самоподготовки. Что вы на это скажете?

— Скажу, что всякий образовательный процесс продуктивнее, если он осуществляется в контакте. Есть необходимость контактного обучения, в ходе которого люди получают необходимые новые знания, актуализируют уже имеющийся у них информационный багаж. Какие-то вещи они, конечно же, могут посмотреть и прочесть в дистанционном режиме. И это уже будет самообучение, которое более результативно при поддержке обучающей организации. Потому что сам себе человек дать четкую оценку не может. И здесь мы подошли к важной составляющей функционала образовательных организаций — выстраиванию для каждого индивидуальной программы, в основе которой лежат итоги входного тестирования. 

Люди — это важно

— Евгений Николаевич, учитывая специфику нашего издания, давайте коснемся всегда актуальной темы безопасности в строительстве.

— Тема, действительно, важная. Мы видим, как много всего и быстро строится и в Москве, и в Московской области. И мы понимаем, что люди, отвечающие за безопасность в этой отрасли, должны быть настоящими профессионалами, потому что от них зависит надежность объекта не только в процессе строительства, но и в эксплуатации. А если брать во внимание, что работы ведутся в условиях высокой концентрации населения…

Вот рядом с вашим офисом сейчас строится, очевидно, гостиница. Она ведь возводится посреди оживленной части города: рядом передвигаются люди, проходят большие потоки автотранспорта. И, если не соблюдать всего того, что прописано в регламентах, очевидно, что к результату можно прийти с финансовыми и репутационными потерями. А еще в столице растет масштаб реконструкции, точечной застройки. Эти тенденции в строительстве приведут к тому, что требования к промышленной безопасности будут только расти. Опять-таки, нужны будут качественные кадры для ее обеспечения.


— У нас и тенденции новые появляются, и промышленность в последние годы меняется коренным образом. Она уходит от индустриальных канонов, она не про ковать железо и варить сталь, а в большей степени про технологии высшего порядка. Как в этих условиях трансформировалась промбезопасность?

— Она приобрела, конечно, новое качество. Промышленное производство выводится из центра городов, понятно, что в современных условиях оно там не может оставаться. Новые реалии, новая экономика, новая урбанистика это диктуют.

В Москве процесс начался давно. Я застал химпроизводство на Дербеневской набережной, рядом с метро «Павелецкая», бывал там в 80-е годы. Теперь оно выведено за пределы городской черты. Что остается в столице и других городах? Офисы IT-компаний, топ-менеджмент? Скажем так: появляется промышленник новой формации, мыслитель, созидатель, носитель результатов интеллектуальной деятельности.

И если мы раньше понимали под промбезопасностью элементы, связанные, в основном, со строительством и эксплуатацией, ну, например, насколько соблюдаются нормативы обслуживания аппарата высокого давления и температуры, то теперь ориентируемся на интеллект, который заложен в системы управления производством, системы технической безопасности.

Массово вводятся информационные технологии, и малейшая ошибка в их применении может привести к печальным последствиям, потерям социального, экономического, экологического и имиджевого характера.

 

— То есть риски в чем-то даже выше, чем прежде?

— Именно. Появились новые источники опасностей, которые, с одной стороны, выполняют добрую службу, а с другой… Вот в начале этого года в одном из передовых российских банков обнаружили погрешность в новейшем программном обеспечении, которая привела к огромному ущербу.

И тут хотелось бы затронуть тему искусственного интеллекта: это тоже, с одной стороны, благо, с другой – большая проблема, потому что мы еще не знаем до конца, что это такое. Ведь мы привыкли ждать проявлений не искусственного, а человеческого разума. А как заставить эти отдельные программы коммуницировать, чтобы создавать новые вещи, инновации высшего порядка? Это, конечно же, выхолащивание человеческого фактора. Готово ли человечество к нему? Есть эпизод в фильме «Его звали Роберт», когда человекообразный робот, во многом превосходящий людей, впадает в ступор от того, что девушка Таня читает ему стихи поэта Леонида Мартынова. Вот эти: «Вода благоволила литься! Она блистала столь чиста, что ни напиться, ни умыться, и это было неспроста». Это стихотворение о дистиллированной воде. И если мы позволим искусственному интеллекту полностью восторжествовать, то, считаю, тоже отчасти создадим дистиллированное пространство, тогда как необходим баланс.


— Не зря ваше жизненное кредо, которое я прочла на сайте филиала РГГУ, «Главное богатство — не нефть, а люди». А как давно оно у вас?

— Давно, еще с комсомольского студенчества, когда я набирал ребят в стройотряды. Я уже тогда понимал, что успех дела зависит от конкретных людей, их качеств. Конечно, когда мы говорим о работе, профессиональные характеристики превалируют. Но они должны определенным образом сочетаться и с человеческим отношением. Люди — это ресурс, величину которого мы порой до конца не можем познать. Недавно мы проводили в последний путь сотрудницу, с которой я работал 26 лет. Она страдала онкозаболеванием, долгие годы боролась с ним. Только четыре месяца назад сказала, что, скорее всего, не выйдет в новом учебном году. Хрупкая женщина работала практически до последнего дня. Разве могут сравниться с этим органические соединения? Только человек, на мой взгляд, определяет будущее, пути к нему. Поэтому у меня такой девиз.

Копировать ссылку
Автор материала: Жаннат Идрисова
Мегаполис
Копировать ссылку
«Профессию сварщика можно сравнить  с творчеством  художника»
«Профессию сварщика можно сравнить с творчеством художника»
Валерий Онищенко, 33 года, сварщик Завода металлоконструкций (МКЗ) Концерна «КРОСТ», победитель конкурса «Московские мастера».
26 Октября 2018
4302