Назад
Снести нельзя реновировать, или ДНК для ДК
3 августа 2021
860

Снести нельзя реновировать, или ДНК для ДК

Тема жизни Домов культуры в новых реалиях всерьез «зацепила» меня на архитектурном фестивале «Золотое сечение», после дискуссии, на которую пошла ради любопытства. Не скрою, поначалу удивила тема разговора — «Ценный ресурс». Это про ДК-то? Что может быть ценного у истории с явным нафталиновым душком? Мнение поменяла после пары часов споров, железобетонных аргументов, конкретных живых примеров: и ценность есть, и перспективы весьма очевидны, и право на жизнь эти самые оазисы культуры в наш избалованный выбором век имеют.

Давайте вместе с экспертами разбираться, где в отношении Домов или Дворцов культуры следует поставить запятую «Снести нельзя реновировать», где та самая ДНК, которая гарантирует им новую жизнь.

 

О советском ампире замолвите слово…

Не только об ампире, а еще конструктивизме и модернизме — черты этих стилей отчетливо прослеживаются в архитектуре советских Домов культуры, впрочем, примеров модернизма несколько больше. Начнем, что называется, с истоков.

История российской системы локальных культурно-образовательных и досуговых центров, доступных для всех слоев населения, насчитывает более 100 лет. И она не имеет мировых аналогов. А праотцами современных Домов культуры принято считать «народные дома».

Первый из них появился в Томске в 1882 году. Активно их начали строить после того, как в 1894 году министр финансов правительства Российской империи Сергей Юльевич Витте основал Попечительства о народной трезвости. Это были государственно-общественные организации, в их задачу входило «распространять среди населения здравые понятия о вреде неумеренного употребления крепких напитков, а также изыскивать средства для предоставления ему возможности проводить свободное время вне питейных заведений». Так сказать, был организован трезвый культурный досуг.

Часть «народных домов» открывалась под ведением земств за счет пожертвований и казенных средств. Были и негосударственные учреждения, построенные на деньги частных благотворителей, в основном крупных промышленников. Один из ярких примеров — Лиговский народный дом в Санкт-Петербурге — детище графини Паниной. Богатейшая женщина страны, известная своими либеральными взглядами, реализовала уникальный проект. В 1890 году Софья Владимировна открыла бесплатную столовую для детей в рабочих кварталах на Лиговке. Постепенно столовая обросла новыми функциями: здесь стали устраивать бесплатные занятия для детей и взрослых, появилась библиотека, ремесленные классы для подростков, детский сад. Все это требовало новых помещений. В 1900 году графиня Панина приобрела участок на углу Тамбовской улицы и, получив разрешение Городской управы, приступила к строительству здания для народного дома, проект которого выполнил архитектор Юлий Бенуа.

image011.jpg

В апреле 1903 года состоялось освящение и торжественное открытие Лиговского народного дома. Половину здания отдали под учебные классы, где вели уроки крупные ученые, члены Императорского технического общества. В цокольном этаже народного дома располагались слесарная и переплетная мастерские, в них детей обучали навыкам этих профессий. В отдельном флигеле устроили Передвижной музей. Была организована Общедоступная обсерватория. Впоследствии здесь создали сберегательную кассу для рабочих и бесплатную юридическую консультацию. Народный дом стал своеобразным методическим центром с театром, цирком, библиотекой, кружковыми классами.

А разговор о советском модернизме, точнее — типологии Домов культуры мы продолжим чуть ниже.

 

Идентичность в типовом

Это название проекта, который реализуют архитекторы Дарья Наугольнова и Алексей Боев (бюро Visota, Нидерланды) при поддержке Союза московских архитекторов, Фонда Президентских грантов и Creative Industries Fund NL, в партнерстве с Агентством стратегических инициатив «Центр». Об идее проекта нашему изданию рассказала куратор специальных проектов Союза московских архитекторов Елена Петухова на фестивале «Золотое сечение».

— Безусловно, сложности есть. Порой они кажутся даже непреодолимыми, шлейф накопившихся проблем слишком тяжелый, — не замалчивая трудности, начала разговор Елена. — Целью работы «Идентичность в типовом» стало всестороннее исследование Домов культуры как социокультурного явления. Погружение в историю дало толчок проведению глубокого анализа типологии этих объектов и как следствие — отслеживание той самой идентичности, поскольку все типовые здания Домов культуры связаны с историей и географией своего местоположения. В рамках освоения гранта работа шла по трем направлениям: проведение аналитической и исследовательской работы, разработка типовых проектов Домов/Дворцов культуры, популяризация и внедрение полученных результатов.

DSCF6187-Edit.jpg

По словам Елены Петуховой, тема действительно очень богатая — такой уникальной типологии нет нигде в мире. И чем больше в нее погружаешься, тем острее понимание: ДК — это настоящее сокровище, неизвестное, забытое, иногда искаженное. Но первоначальный посыл, сама идея остаются актуальны и сегодня — это место, где люди могут комплексно получить разные сервисы: образовательные, творческие, развивающие. Поэтому участники проекта понимали: необходимо не только глубоко исследовать тему, но и найти единомышленников, правильно потратить средства на модернизацию — только тогда можно изменить ситуацию и заставить систему и сами учреждения культуры заработать иначе.

— Мы используем слово модернизация, — уточняет координатор спецпроектов СМА, — потому что оно более комплексное: оно включает и непосредственно реконструкцию здания, и перепрограммирование функционала, ведь начинка обязательно должна меняться.

 

Перемен требуют наши ДК

О том, что проблема назрела, свидетельствует официальная статистика. В 1975 году, это время можно считать расцветом, пиком развития системы Домов/Дворцов культуры, насчитывалось свыше 175 тысяч учреждений по стране. По данным Росстата, «число организаций культурно-досугового типа неуклонно уменьшается: с 66000 объектов в 1992 году до 41300 объектов в 2016 году». Сейчас их осталось уже менее 40 тысяч, ежегодно система теряет порядка тысячи Домов культуры…

Безусловно, поиск пути решения проблемы предпринимался и ранее. В 2012 году министерство культуры РФ запустило масштабную программу строительства творческих многофункциональных центров, получивших первоначально название Дома новой культуры (ДНК). Но об очевидных успехах можно говорить в рамках проекта «Идентичность в типовом», подтверждают эксперты и руководители тех Домов культуры, что прошли путь успешной трансформации. Проект дал как раз тот самый рабочий механизм и методологию, которые позволяют в тело ДК вживить ДНК новой жизни. Серьезная государственная поддержка осуществляется и в рамках нацпроекта «Культура» — деньги выделяются на реконструкцию прежде всего сельских ДК. Вот только не всегда они тратятся разумно, с привлечением профессиональных архитекторов.

—   К сожалению, когда мы смотрим на результат, понимаем, что появилась красивая оболочка, а суть не изменилась. Самое неприятное, что большие деньги потрачены безвкусно, что порой откровенно уродует здание, утрачиваются исторически ценные элементы. Это — все равно, что избы с резными наличниками зашить сайдингом, — говорят эксперты.

Причина банальна: люди не знают, куда обратиться, где найти профессиональную помощь. Но примеры, где для старых ДК нашли формулу возрождения и развития, есть, в их числе успешные кейсы в Воронеже, Якутске, Казани, реализованные командой «Идентичность в типовом» вместе с энтузиастами, жителями и руководителями Домов культуры.

Начнем с родного для ныне голландских архитекторов города Воронежа, где в 2018 году на фестивале «Зодчество VRN» решилась судьба трех Дворцов культуры. На открытой городской конференции «ДК ждут перемен» с участием Алексея Боева и Дарьи Наугольновой прозвучали предложения по их функциональному перепрограммированию. После публичной презентации повезло Городскому Дворцу культуры — он получил финансирование на реализацию проекта.

Voronezh_posle_2.jpg

— Городская администрация выделила деньги на капремонт главного муниципального ДК — Городского Дворца культуры. Нам удалось выстроить коммуникации между администрацией Воронежа и дирекцией самого ДК, — рассказал на выставке «АРХ Москва-2021» руководитель Департамента архитектуры и градостроительства Воронежской области Андрей Еренков. — Так мы смогли реализовать первый пилотный проект переформатирования традиционного ДК под современные функции, разработали логотип, брендбук, продумали стратегию позиционирования. В результате получившееся современное культурное пространство живет новой жизнью.

Главный архитектор Республики Саха Ирина Алексеева рассказала об архитектурном хакатоне «Новая жизнь домов культуры», в рамках которого был разработан эскизный проект Дома дружбы народов им. А.Е. Кулаковского. Здесь команда тесно работала с этнологами. Чтобы акцентировать локальную идентичность, использовали местные материалы — это позволило сделать здание современным и усилить понимание того, где оно находится. Удалось бережно переосмыслить уникальный архитектурный вид советского здания, являющегося важной частью истории и культуры

Yakutsk_posle.jpg

Московская область взяла свой вектор по созданию на базе ДК функционально активных арт-пространств. В регионе и средства на модернизацию были выделены значительные, и задача стояла масштабная — дать новую жизнь более тридцати объектам культуры. Для этого определили основные принципы при разработке проектов обновления ДК: современный дизайн, трансформируемость пространств, «умная мебель», многофункциональное и комплексное благо­устройство территории.

 

Ценный ресурс, или Дом без культуры?

Поговорим о модной ныне теме — креативные кластеры. Эксперты подтверждают: существующую систему Домов и Дворцов культуры можно рассматривать как базис для создания креативных институций. Предлагаем читателям разобраться в этом вопросе вместе с участниками дискуссии «Ценный ресурс».

Александр Басалыгин, куратор Креативного кластера «Дом культуры» Санкт-Петербурга, побывал практически во всех ДК северной столицы. По его оценке, у учреждений два формата существования — либо они разрушены, либо в них находится … ярмарка. Александр рассказал о своем опыте трансформаций ДК. Один из успешных кейсов — создание креативного кластера на базе Дома культуры и техники имени Газа. В концертном зале отлично прижился Театр драматических импровизаций. В продолжение преемственности художников-нонконформистов создана «Арт-резиденция». По внешнему контуру ДК расположили модульные конструкции — контейнеры, которые можно по-разному «нарезать», создавая внутри них дворики-кафе. В Доме культуры сохранили образовательный блок, но наряду с этим появились рестораны и кафе, магазины комиксов и другие торговые площадки, ремесленные мастерские. Решение насытить новыми функциями здание бывшего ДК — памятника конструктивизма — совпало с желанием собственника. Увы, как отмечает Александр, с государством реализовать такой кейс вряд ли стало бы возможным.

Директор агентства «Творческие индустрии» Екатерина Сачкова начала с уточнения понятий:

— Что мы на самом деле подразумеваем, когда говорим о ДК? Если речь только о здании, его реновации — это один разговор. Если о деятельности культурно-досуговых учреждений — другой фокус внимания. Я бы предложила говорить о том, какую позицию Дома культуры могли бы занять в экосистеме креативной экономики и креативной индустрии.

Сценариев, по мнению спикера, довольно много: это и развивающие практики, создание фестивальной или дискуссионной площадок, на базе ДК могут прототипироваться различные арт-продукты, можно вести творческую лабораторную работу и активно ее тиражировать. Вывод очевиден — будущее у ДК в системе креативных кластеров есть. Но, как отмечает Екатерина Садчикова, пока этого не происходит по ряду причин, среди которых — нет организационных модулей стыковки: для бюджетных учреждений, которыми в большинстве своем остаются многие ДК, довольно нетривиальная задача — работать с участниками рынка творческих индустрий.

Продолжает тему Мария Седлецкая, ведущий аналитик Агентства стратегических инициатив «Центр». Она рассказала о сценариях развития Домов культуры, которые начали формироваться еще в 2018 году, о том, как выбирается и грамотно программируется место для развития креативных кластеров.

— Нам важно рассматривать эти объекты, их роль в городском пространстве во взаимосвязи с набирающим в те годы популярном проекте по формированию комфортной городской среды. Поэтому для нас ДК были дополнительными маркерами пространства не только для формирования потоков и культурно-событийной программы, мы смотрели, как они могут быть связаны с системой общественных пространств, какие мероприятия популярны, какая роль у города и населения и как она может трансформироваться.

По словам Марии, креативные кластеры хорошо вписываются в систему «умной» экономики: специфика кластерного взаимодействия — в масштабе и логистических связях, в сетевых взаимодействиях с другими элементами креативных индустрий.

В свою очередь результаты исследований и разработки инструментов использования Домов/Дворцов культуры в России представили и архитекторы Алексей Боев и Дарья Наугольнова.

— Мы убеждены, что симбиоз ДК и креативных практик может быть плодотворным. Потенциал у этой институции есть, ее можно и нужно активно развивать, — отметил Алексей. По мнению эксперта, в кружках ДК закладываются базисные понятия о культуре, науке, искусстве. — Эта система может выращивать творческих людей, способных участвовать в развитии креативной экономики. Когда культура, наука и спорт пересекаются в одном месте, всегда получается что-то интересное.

Дарья подчеркнула, что в масштабе одного ДК мало что можно изменить, этой работой надо заниматься системно, а успешный опыт и кейсы масштабировать.

­— ДК — это фабрики по развитию креативных способностей людей, — убеждена она. И сегодня российско-голландский тандем архитекторов считает «самой большой амбицией — создание новой типологии и строительство новых социокультурных функций».

Да, надо признать, что пока практика создания и развития креативных кластеров на базе Домов культуры не находит широкого применения. Главные причины наши эксперты уже озвучили. Наряду с этим важно понимание, что не ремонтом единым можно исправить ситуацию и встроить Дома культуры в систему креативной индустрии. Нужно всерьез поработать со стереотипом восприятия культурно-досугового учреждения. Тогда креативные предприниматели изменят фокус внимания, полагая, что понятие «креативно» — это исключительно про заброшенные заводы и лофты. И придет осознание, что площадки Домов культуры могут вырасти в настоящие творческие резиденции, а не «отдаваться» исключительно под торговые площадки, как это часто происходило.

225102.jpg

А на вопрос «не останется ли Дом без культуры?» очень внятный ответ был дан на Московском урбанистическом форуме. Его автор — Тереза Иаротти Мавика, директор V-A-C FOUNDATION. Она в рамках сессии, где речь шла об изменении паттернов восприятия и потребления культуры, анонсировала открытие в скором времени музейно-образовательного комплекса «Дом культуры «ГЭС-2». Именно Дом культуры. Такое название получит новая культурная локация, где посетители вместе с художниками смогут открывать новые формы самовыражения и способы познания себя и мира, вместе будут определять культурную программу ДК, «развивать любопытство, чтобы узнавать что-то новое и объединять людей». Уловили главный посыл — вместе? «Разделение у нас в головах», считает госпожа Мавика. И разве не во все времена основной функцией Домов/Дворцов культуры как раз и была задача — объединить? Пожалуй, это и есть та самая ДНК для возрождения ДК.  

Копировать ссылку
Автор материала: Наталья Черкасова